Главная » История Русского мира » Екатерина ПОЛЬГУЕВА. Трагический финал «новорусской» семьи Миловановых

 

Екатерина ПОЛЬГУЕВА. Трагический финал «новорусской» семьи Миловановых

 

«Я очень любил и жену свою, и детей. И всех своих родственников я очень люблю. У меня в голове засела мысль, что так им будет лучше», – сказал следователям 30-летний житель Подольска Дмитрий Милованов, зарезавший своих спящих детей: 9-месячную Ксюшу и 4-летнего Илью. Жене Татьяне он нанес множественные ножевые ранения, но ей удалось вырваться и попросить помощи у соседей. «Дети, дети! Он убил детей!» – кричала окровавленная женщина. Сам Милованов якобы хотел покончить с собой, но ему помешал племянник, находившийся в это время в квартире.

377_001-Русский-мир

А ведь только за день до страшной трагедии Татьяна выкладывала на своей интернет-страничке рисунки сынишки, Ильи Дмитриевича, как она его любовно величает: «Папа самый лучший», «Мама самая любимая», «Ксюша – красотка». И вот – ни Ксюши, ни Илюши больше нет, за жизнь их матери сейчас борются врачи… А виновник этой катастрофы – как раз «самый лучший папа».

Почему же он решил, что его детям, здоровым, веселым, красивым и умным, «будет лучше» вообще не жить? Убить собственных любимых детей – как такое можно осознать, объяснить?

Этот вопрос, к несчастью, приходится задавать все чаще. Минувшим летом в Нижнем Новгороде 52-летний Олег Белов убил своих шестерых детей-дошкольников, беременную жену и мать. Как выяснилось, Белов психически болен. Об этом, как и о том, что он склонен к насилию по отношению к близким, было хорошо известно – и органам опеки, и правоохранителям. Однако никто не оказал семье явно необходимую помощь, которая могла бы предотвратить трагедию.

Да, у Миловановых иначе. И друзья, и близкие, и коллеги в один голос говорят, что семья была благополучной, любящей. Впрочем, и в этом, как ни страшно, нет в наши времена ничего уникального. Вспомним, как интеллигентный москвич, любящий муж и заботливый отец Алексей Кабанов, когда прогорел его ресторанный бизнес,  «в расстроенных чувствах»  убил и расчленил жену Ирину. А потом еще и организовывал поиски «пропавшей без вести супруги». А менее года назад в дальневосточном городе Артем произошла похожая на подольскую история: еще один любящий и заботливый отец Андрей Ястребов убил троих сыновей и супругу. С якобы запланированным самоубийством, как и у Милованова, почему-то не заладилось. Ястребов объяснил убийство коммерческими проблемами: его предприятие обанкротилось, денег, чтобы обеспечить семье привычный образ жизни, не стало, как и возможности расплатиться с долгами и за ипотеку. Вот и посчитал «идеальный отец», что легче истребить близких, чем выглядеть перед ними «неудачником». В общем-то, стандартная ситуация для общества, где мерилом всему становятся деньги.

Как выясняется, нечто подобное произошло и у Миловановых. Прожившие около двух лет в Таиланде как «дауншифтеры», они минувшей весной из-за кризиса вернулись в Россию. А Дмитрий еще задолжал кому-то из коллег 10 тысяч долларов и не знал, как с этим долгом рассчитаться. Денег же от сдачи в аренду московской квартиры уже не хватало не только для жизни на теплом таиландском острове Самуи, но и в подмосковном Подольске.

Собственно говоря, «не хватало» – понятие условное. По крайней мере на улицу семью Миловановых никто не выгонял, проблема куска хлеба не возникала. В такой ситуации можно бы урезать потребности, найти работу, пусть не самую любимую и не слишком высокооплачиваемую, и вместе пройти через трудности. Тем более если в семье любовь и взаимопонимание. Придется забрать маленького Илюшу из секции фигурного катания, а летом отдыхать не на теплых морях, а в Подмосковье? Что ж, досадно, но дело, как говорится, житейское.

Но только не для «новых русских». Для таких утеря внешних примет принадлежности к кругу «успешных людей», а тем более «не достойная статуса работа» – само по себе катастрофа. И вот что еще представляется важным. Люди, хотя бы школьные годы которых прошли при социализме, обычно хорошо усваивали правило: «Кто не работает, тот не ест». Оно могло нравиться или не нравиться, бывали и исключения: находились те, кто хотел работать поменьше, а есть послаще. Но это были именно исключения.

Детство же Миловановых пришлось на времена иные – так называемого дикого капитализма российских 1990-х. Именно тогда вместо слова «работать» всё чаще стали употреблять другое – «крутиться», в моду вошли рекламные слоганы про то, что работают не люди, а деньги. Ну а качество и важность работы зачастую не имели ни малейшей связи с возможностью обеспечить себя и свою семью. Жулики и проходимцы, их дети-бездельники жировали, а те, кто создавал богатства страны, едва сводили концы с концами. Не забудем и о постоянной, даже на бытовом уровне, антисоветской пропаганде: раньше-де все были рабы системы, винтики в механизме, а сейчас – свобода, каждый имеет возможность самореализации. Ну, а какая самореализация, если надо целый день вкалывать!

Вот и сложилась у немалой части поколения 20–30-летних превратная картина мира. Мол, пресловутая самореализация – такая ценность, за которую им еще и приплачивать должны. При этом простая мысль, что самореализация происходит именно в процессе труда, им даже в голову не приходит. Как и то, что связи между работой и едой никто не отменял. Речь, конечно, не о тех, чьи родители «наприхватизировали», как они полагают, на десятилетия вперед. Таких все же меньшинство. Да, по большому счету, и неизвестно, какое будущее ждет их наследников.

Но еще страшнее – иллюзия красивой жизни, ощущение, что ты сам всего добился, когда в действительности за плечами – ничего. Из стремления к такой якобы красивой жизни и возник дауншифтинг по-российски. Это уродливое порождение капитализма на российской почве приобрело и вовсе смертельно опасные формы. В технике понятие дауншифтинга означает переключение автомобиля на более низкую передачу, замедление какого-либо процесса. В конце 1990-х годов в развитых странах Запада появилось немалое число людей, успешных, благополучных, состоявшихся, которые вдруг осознали: они работают на износ ради того, что им не нужно, – ради бесконечного потребления, поддержания статуса и т.п. От самой по себе работы они удовольствия не получали – вот и решили «сбавить обороты»: отказаться от чужих ценностей, покинуть карьерные должности и сократить собственные потребности. Это, кстати, вовсе не означало «ничего не делать» – часто престижная, хорошо оплачиваемая, но не интересная для человека работа менялась на куда менее престижную и денежную, но казавшуюся интересной и важной.

В дауншифтеры в России подались главным образом люди, которые еще ни в чем не состоялись, да и не горят желанием прикладывать к этому усилия. Зато считают себя особенными – и хотят выглядеть таковыми в глазах окружающих. Так что подавляющее большинство россиян-дауншифтеров вовсе не те, кто с поста топ-менеджера ушел в пастухи в сибирскую деревню. Это в основном молодые люди (по большей части из Москвы и Питера), которые отправляются в Таиланд и Индию – и живут там на средства от сдаваемого жилья.

Так, судя по всему (в том числе, по красочным фотоальбомам, выложенным супругами в интернете), жили последние годы и Миловановы. В результате кризиса аренда жилья резко подешевела – вот и пришлось возвращаться в Подмосковье, где ни пальм, ни экзотики, ни океана, а только маленькая родительская квартирка, долги – и необходимость работать. Между тем привычка к работе так и не сложилась (да и как можно поставить себя на один уровень с нище­бродами, совками и ватниками). Привычка же каждый день кушать, а заодно и демонстрировать свою уникальность, никуда не исчезла.

Хотя проблемы, скорее всего, начались еще задолго до возвращения. Это Татьяна занималась в Таиланде детьми, что само по себе – серьезная работа. Но что делал отец семейства? Если без эвфемизмов, то просто проедал квартирные деньги. А ведь молодого человека с образованием ничегонеделание уничтожает и интеллектуально, и морально. Самообман же (мол, веду турбизнес или ищу себя в творчестве) не вечен. Вот и приходится убегать от себя другими способами. Недаром крайне распространенная проблема российских дауншифтеров в Таиланде – употребление наркотиков. Подсел на них и Дмитрий Милованов, ранее к этому, как утверждают близкие, склонностей не проявлявший. Он сам сознался, что и страшное убийство совершил, накурившись спайсов. В квартире при обыске оперативники нашли гашиш.

«Система социальной работы отлажена и функционирует, особенно в Московской области, и Подольск в этом не исключение. Государством предусмотрено огромное количество возможностей по оказанию помощи семьям, попавшим в затруднительное положение. В частности, в случае финансовых проблем следовало обратиться за помощью к службам социальной защиты», – прокомментировал трагедию уполномоченный по правам ребенка Павел Астахов.

Такое впечатление, что российские чиновники живут в некой другой, прекрасной, реальности, а просыпаются ненадолго, когда происходит очередная трагедия. Впрочем, предыдущую они к этому времени уже забывают. Десять дней назад семеро детей сгорели в доме с печным отоплением, где за неуплату был отключен газ. Даже на помощь многодетной семье по оплате коммуналки у государства возможностей не хватило. А какой помощи мог попросить Милованов – на продолжение жизни в Таиланде, на очередную порцию гашиша?..

В обществе, развращенном богатством избранных и бедностью подавляющего большинства, где в цене только деньги, но не труд и не человек, где свободой называют вынужденную безработицу одних, тунеядство других, безразличие и равнодушие, не защищен никто. Потому что крышу и тормоза в таких условиях сносит не только шизофреникам, подобным нижегородскому убийце, «золотым мальчикам», обнаглевшим от безнаказанности, ограбленным и беззащитным, коих миллионы, но и вроде бы благополучным «идеальным родителям».

Источник -http://sovross.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=601187

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Яндекс
 

Нет комментариев

Добавьте комментарий первым.

Оставить Комментарий


 
 
Рейтинг@Mail.ru