Главная » Идеология » Главный приз World Press Photo вручили за фото убийцы российского посла

 

Главный приз World Press Photo вручили за фото убийцы российского посла

 

На снимке турецкий полицейский кричит у тела дипломата Андрея Карлова, держа в руке орудие убийства
0_031_01_Русский_мир_

Москва. 13 февраля. INTERFAX.RU — Главный приз престижного конкурса для фотожурналистов World Press Photo 2017 выиграл работающий в агентстве Associatedd Press фотограф Бурхан Озбилиджи (Burhan Ozbilici) со снимком убийцы российского посла в Анкаре Андрея Карлова.

На сделанном им 19 декабря 2016 года фото 22-летний полицейский Мевлют Мерт Алтынташ кричит рядом с телом убитого им дипломата, подняв над головой одну руку и держа пистолет в другой. События разворачиваются в Галерее современного искусства в Анкаре.

Озбилиджи в тот день снял несколько снимков, в том числе и до убийства, когда Альтындаш стоял за спиной дипломата. По словам самого фотожурналиста, несмотря на опасность происходящего, у него сработал профессиональный инстинкт и он продолжил выполнять свою работу — снимать.

В конкурсе World Press Photo 2017 приняли участие 5034 фотографа из 125 стран, которые прислали около 80 тысяч фотографий. Жюри присудили награды в восьми категориях 45 журналистам.

Нападение на российского посла было совершено 19 декабря 2016 года в Анкаре во время открытия фотовыставки. Стрелявший 22-летний полицейский Мевлют Мерт Алтынташ выкрикивал обвинения в адрес России, касающиеся политики страны в Сирии. Напавший был застрелен спецназом, а МИД РФ квалифицировал нападение как теракт. Карлову посмертно присвоено звание Героя России

Горячее дыхание шок-арта

Шок-арт все чаще называют новейшим и самым действенным направлением современного искусства. Хотя появилось оно вместе с рождением человечества, интерес к нему стали проявлять галерейщики и музейщики не так давно. Музеи все больше превращаются в тихие заунывные кладбища. Даже сбившиеся в смертельной схватке кони- люди уже мало кого волнуют, не говоря уж о пейзажах и портретах. Вместо хамовато-глумливого акционизма для скучающих бездельников появилось нечто более массовое и умело повреждающее психику.  Стрессы, наступающие от шоковых воздействий, провоцируют депрессии. Число больных этим недугом в мире с каждым годом стремительно растет. Растут и доходы фармацевтических компаний, выпускающих тысячи наименований антидепрессантов. Трудно предположить, что шок-арт умышленно раскручивается в пользу фармацевтов, но кому-то ведь хочется постепенно разрушать человеческую психику. Попытаемся разобраться в этом вопросе, но сначала вспомним его историю.

Многие праздники и ритуалы у большинства народов производили на психику людей сильнейшее воздействие. Вспомним зажаривание живьем в чреве Молоха, гладиаторские бои, колесования, четвертования и многие  другие эффектные действа, наполнявшие жизнь страждущих по хлебу и зрелищам. Это ведь были не только праздники торжества правосудия. Назидание и просвещение в области законодательства получались более действенными с помощью шоковой терапии. Можно сказать, что расцвет шок-арта пришелся на прежние века. Тогда надо было за шок- артом выходить на площадь или в городской цирк. В наше время он нас находит в каждом доме с помощью телевидения и  интернета. Не всегда удается показать отрезание голов или расстрелы в прямом эфире. Пусть менее эмоционально, но зато достаточно регулярно воздействуют на нас обычные новостные репортажи и ролики, отснятые на месте событий.

У современного шок-арта просматривается впечатляющее будущее. Повальное увлечение селфи возможно уже скоро подарит нам сюжеты с харакири, самосожжениями и прыжками под поезда. Такие минуты предсмертной славы могут оказаться достаточно заразительными.  Подобные индуцирующие моменты чрезвычайно важны при возникновении массовых психозов. В учебниках по психиатрии вспоминают как женщина, выкрикивающая в состоянии кликушеского экстаза разнообразные фанатические идеи, могла индуцировать толпу, которая потом «видела» «чёрта с рогами и хвостом», «ведьму в ступе» и т. п. Заразительность шок-арта настораживала власть имущих, поэтому  так часто во времена инквизиции под раздачу попадали ведьмы. Их сжигали на кострах, топили в кипятке. Тогда практически не было домов для сумасшедших и бьющихся в конвульсиях от депрессии. Проще было объявить этих людей в связи с Дьяволом. Так избавляли средневековые города от шок-арта, создаваемого больными людьми с помощью красочно оформленных казней, что также можно относить к шок-арту.

В те далекие времена уже знали как восприимчива толпа к сказанному в состоянии транса. Пророки, юродивые всегда опасны для сохранения психического здоровья граждан, потому что слова их пробивают сознание даже сытых и всем довольных. В те далекие времена население подстерегали эпидемии чумы и холеры. Эпидемии безумия были не столь массовыми, но случались часто. В России подобные случаи многократно описывались до революции, за рубежом встречаются и поныне. В подобных случаях массовые психозы начинаются с индукции толпы одним человеком. В любом случае основу такого психоза составляют истеричность, внушаемость в сочетании с недостаточным уровнем интеллекта участников происшествия.

Пронизанное идеями постмодерна западное общество неизбежно тупеет от осознания, что добро и зло практически неразличимы. Зачем ходить в театр или музей в поисках смысла жизни, когда она бессмысленна? Зачем вернисажи с биеналями, когда поиск смысла в выставляемых «шедеврах» искать бесполезно? Однако надо все это сомнительное добро каким-то образом постоянно капитализировать. Как убедить «лоха» с толстым кошельком, что купленное им сегодня завтра можно будет продать еще большему «лоху» гораздо дороже? Как втолковать контролерам, что размалеванный холст может быть многомиллионным банковским активом и висеть в соседней галерее, прикармливая друзей-стаховщиков и друзей-галерейщиков? Для этого надо разными способами загонять побольше зрителей, создавая ощущение у будущего покупателя или оценщика, что данное произведение- шедевр,  не уделанная малярами тряпка, принесенная с ближайшей помойки, а нечто уникальное, вызывающее интерес не только у продажных экспертов и искусствоведов. Чтобы подогнать большую толпу  необходимы не только шок-арт, но прежде всего скандал вокруг происходящего в выставочном пространстве. Без окровавленных чучел животных уже не обойтись. Обязательно начинают скандалить их защитники и ценители прекрасного. Трудно сказать, что будут выставлять, когда посетители еще немного отупеют и шока у них замученные твари вызывать не будут. Не знаю как на посетителей, но  разрезанное на крупные части и обильно политое постоянно дымящейся кровью  чучело, похожее на директора Пиотровского, могло бы произвести сильное впечатление абсолютно на всех работников Эрмитажа. Вряд ли кто-нибудь не захочет сделать селфи и скандал  получится как минимум городского масштаба. Я думаю, что директор бы и сам не отказался от такого селфи под многочисленные камеры телеканалов.

Шоу бизнесу и связанному с ним потребительскому рынку необходим шок-арт. Шок  рождает эмоции. От буйства чувств порождается буйство разума, продвигающее продажи.   Во времена Великой революции французы очень любили ходить на площади с установленными гильотинами. Одевались во все самое лучшее, как для посещение театра. На казнях было принято появляться всей семьей и даже с малыми детьми. Там кондитеры и пекари успешно продавали карамельные, шоколадные и выпечные гильотины. Гильотины отливались в бронзе, в виде пресс-папье и чернильных приборов, заполняя полки магазинов. Так шок-арт породил большой рынок  самых утилитарных предметов. Те счастливые для бизнеса времена давно прошли, но рынок глобальный живет и ностальгирует по тем успехам.

Злодеям-глобалистам отупение и привычка к шоку необходимы для переформатирования человека. В манкуртов людей превращали с помощью жесточайшей пытки. Тяжелая, дорогостоящая процедура и для хозяев этих рабов. Рост производительности труда должен касаться и этой сферы. Творцы и менеджеры шок-арта работают не с десятками, а миллионами, тех кто от шока хоть немного впадет в депрессию, кто, начав принимать антидепрессанты, постепенно превратится в овощ. Все знают, что частые шоки и стрессы вытесняют из памяти многое из того, что закладывали в неё родители и настоящая культура. «Горе миру от соблазнов, ибо надобно прийти соблазнам; но горе тому человеку, через которого соблазн приходит». (Мф. 18,7)

Главный приз престижного конкурса для фотожурналистов World Press Photo 2017 выиграл работающий в агентстве Associatedd Press фотограф Бурхан Озбилиджи (Burhan Ozbilici) со снимком убийцы российского посла в Анкаре Андрея Карлова, несмотря на опасность происходящего, у него сработал профессиональный инстинкт и он продолжил выполнять свою работу — снимать. В конкурсе World Press Photo 2017 приняли участие 5034 фотографа из 125 стран, которые прислали около 80 тысяч фотографий. Жюри присудили награды в восьми категориях 45 журналистам, но главный приз достался творцу шок-арта. Выбор устроителей конкурса в чем-то предсказуем. Остается надеяться, что хозяева фотоконкурса не сразу пробудят у завидующих победителю из армии фотографов горячее желание поискать для своих работ побольше трупов или самим поучаствовать в их заготовке. Они внесли свою  скромную лепту, как и директор Эрмитажа с выставкой Фабра.  Эстетика шок-арта, привносимая Фабром и его пропагандистом Пиотровским, кому-то может показаться безобидной, а может показаться еще одним шагом к полному исчезновению раздела между светом и тьмой, между человеком и животным.

 

Садко Новгородцев


Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Яндекс
 

Нет комментариев

Добавьте комментарий первым.

Оставить Комментарий


 
 
Рейтинг@Mail.ru