Главная » Культура » Марианна Медведева. Клюква вместо сердца, подводные камни мезальянса сарафана и кроссовок, а также вызов для сильных духом 

 

Марианна Медведева. Клюква вместо сердца, подводные камни мезальянса сарафана и кроссовок, а также вызов для сильных духом 

 

В музее крестьянского быта «Конь в пальто» выставлен манекен в старинной рубахе и сарафане, на манекен надеты кеды и волосы не покрыты платком, не собраны в косу или под головной убор — допустимо ли показывать старинную русскую одежду так, в сочетании с чуждыми народной одежде вещами — кедами, кроссовками, с нарушением основных требований внешнего вида 19-го века, когда считалось недопустимым ходить с распущенными волосами?

С одной стороны мы отдаем себе отчет в том, что Билибин не одобрил бы, то есть такая шалость воспринимается как издёвка. Уход народной одежды из обихода — это трагедия всероссийского масштаба, отразившаяся на нравах, устоях, здоровье общества. Такая шалость — кощунственная насмешка над горькой судьбой народной одежды и народным духом.

Но с другой стороны если девочки-девушки-женщины увидят такой наряд и захотят носить юбку или сарафан вместо брюк или джинс, то почему бы и нет? Но безопасны ли такие эксперименты? Давайте попробуем разобраться.

Форма — всегда выражение какой-то внутренней идеи, составляющей, это манифест принадлежности к этнической, субкультурной или профессиональной группе. Заставить всех глупеньких дурёх снять джинсы с дырками на коленках и надеть на них юбки и платья — это, конечно, было бы прекрасно. Но стоит помнить, что юбки и платья — не панацея, не самоцель, и если не дай Бог случится так, что ношение юбки или платья будет поступком эпатажным, равноценным выбриванию половины головы, то получится мена шила на мыло.

Важно, чтобы сохранялось считывание большинством культурного кода, что если девушка/женщина носит юбку/платье и платок — что она нацелена на создание многодетной семьи и верность мужу, что она придерживается традиционной системы ценностей, что она говорит на литературном языке, знает и ценит слова «скромность», «целомудрие», «честь», «достоинство», «дружба», «долг», уважает старших, предков, знает как варить борщ и щи, печь блины и ставить тесто, что она будет пеленать ребенка, придерживается определённых религиозных верований и т.д. и т.п..

Важно, чтобы создание таких новых «луков» не послужило бы формированию новой идентичности, в которой ношение юбки или платья уже не будет означать приверженности традиционным ценностям. Если завтра все газеты объявят, что носить юбку с кроссовками вслед за какой-нибудь звездой эстрады — значит быть «метросексуалкой» чайлдфри (тут можно представить любое другое свежевыдуманное слово) с нн-ым заданным журналистами/идеологами количеством ценностей и социальных векторов, то это будет ещё хуже чем джинсы с дырками на коленках.

Меня часто спрашивают — правильно ли одеты те или иные фольклорные ансамбли, присылают в личные сообщения снимки и вопросы — клюква это или нет? Я много писала и говорю о вреде клюквы — детища советской эпохи. Но давайте не забывать о том, что самое важное — чтобы вместо сердца была не клюква, это правило №1. Если человек носит или создаёт выверенную традиционную одежду, но внутри души — циник, эстет, готовый лоб расшибить в поклонении западу ради барышей или тщеславия, если созданные им вещи используются в рекламе, сделанной на языке западной рекламы, то это в конечном счёте та же клюква и искажение. Или женщина преподает ремёсла, но у неё мужская походка, циничный лексикон и напрочь отсутствует мягкость, доверчивость, наивность, робость, застенчивость, доброта, незлобивость, щедрость, милосердие — разве цель в таком случае достигнута? Разве женская душа может считаться состоявшейся, созревшей, выжившей? Владение ремёслами — не самоцель, это только костыли для роста души. Если ремёсла освоены, но не одухотворили душу и поступки человека, значит ремёсла тоже не панацея. Не стоит недооценивать роль вышивки, например, в этом плане, она только отчасти могла повлиять на выживание и естественный отбор… Вышивка не была первоочередной необходимостью, она обеспечивала многогранный подход к формированию личности, и в первую очередь поддерживала в девушке скромность, покорность, трудолюбие, помогала социализироваться — дружить и помогать подругам сделать приданое в срок, дух соперничества если и был, то всё-таки он был не главным. Верю в то, что не только и не столько продукт был важен, а важно было благотворное влияние вышивки как некоей «духовной практики» на воспитание личности.

Если женщина шьет одежду народного кроя, но при этом её речь изобилует словами, не употреблявшимися в русской деревне 19-го века:
— костюм (от англ. costume) — см. рус. «одежда»,
— комплекс (от англ. complex) — см. рус. «наряд»,
— реплика (от англ.replica) — см. рус. «точный повтор»,
— этнография (от англ.ethnography) — см. рус. «предметы старины» или наука «народоведение»,
— аутентичный (от англ. authentic) — см. рус. «подлинный»,
— сакральный (от англ. sacral) — см. рус. «священный»,
— солярный (от англ. solar) — см. рус. «солнечный»,
— энергия (от англ. energy) — см. рус. «сила»,
— техники (от англ. technique) — см. рус. «приём»
— фольклор (от англ. folklor) — см. рус. «народотворчество»
— традиции (от англ. traditions) — см. рус. «обычаи»
— экспедиция (от англ. expedition) — см. рус. «поездка»
— традиционный (от англ. traditional) — см. рус. «исконный» и т.д.

 

Так кто же это перед нами?
Швея 19-го века, русская женщина или уже человек некоей новой субкультуры, чуждой тому, что было прежде, если она использует слова, непонятные тем людям, кто шил одежду 19-го века? Налицо через подмену лексики идёт размывание личности, вымывание русского духа, русский язык самодостаточен и не косноязычен, нет никакой нравственной и технической необходимости заменять слово «подлинный» словом «аутентичный», или слово «наряд» словом «комплекс», и это просто аморально по отношению к народу, предкам, устоям, народным обычаям.

Кто задаёт вектора формирования личности? Кто придумывает новые типажи? Лет 10 назад мне довелось быть свидетелем того, как по ТВ показали первый репортаж о метросексуалах (на примере Дэвида Бэекхэма) — мужчинах, у которых волосы собраны в пучок на голове, журналистка зачитывала манифест — мол это человек с такими-то и такими-то ценностями, и что я вижу в метро 2017-го года — я вижу молодых людей с такими причёсками — типаж создан, вылеплен журналистами. Вопрос — с какими целями, и где сидят эти идеологи создания человеческих душ. Кто придумывает слова и подбирает набор ценностей? Где эта улица, где этот дом?

Не пора ли и нам придумать слово, которое бы дало название субкультуре тех, кто верит в то, что можно в 21-м веке быть подобным тем нашим предкам, кто жил в 19-м веке? Тех, кто носит одежду традиционного кроя, занимается ремёслами, собирается на вечерки и хороводы, тех, кто ищет уходящую из-под ног землю… Тех, кто уже начал догадываться, что в старинной одежде — залог здоровья общества, а это значит, что самое важное — не просто носить как можно чаще сарафан/косоворотку самому, а важно создавать в своём городе круг единомышленников, события, общества, где люди будут объединены общими ценностями.

Даст ли 2017-й год такое слово, которое подхватили бы журналисты и уже наконец заметили бы мощное многотысячное движение по всем городам тех, кто носит одежду кроя 19-го века, тех, кто верит в жизнеспособность народной одежды, тех, кто знает, что еще миллионы людей в мире носят традиционную одежду каждый день (Индия, ОАЭ).

Фольклористы?
Но вряд ли можно назвать фольклористкой девушку, которая заказала сарафан и пояс, надела их на вечорку, но при этом ни разу не была в деревне и почти не знает народных песен?

Реконструкторы? Но эта одежда на нас появляется не в рамках воссоздания эпохи на территории какого-нибудь фестиваля, как это бывает у реконструкторов средневековья? Кто-то носит её каждый день, а большинство надевает сарафаны и косоворотки на гуляния, которые проходят на улицах городов, значит это уже часть обычной жизни. Нет, это слово тоже не подходит.

Националисты? Но мы уважаем и восхищаемся народной культурой, ремёслами, музыкой, одеждой всех народов России, а не только русских, любим и чтим свою. Так, например, у старинной народной одежды народов России больше общего, чем принято считать — и в крое, и в способах украшения.

Родноверы? Но одежду традиционного кроя носят и православные, и атеисты, и коммунисты.

Любители русской культуры? Традиционалисты? Клюквофобы? Сарафанники? Косоворотники? Крестьянщики? Славянисты?
Готы и эмо есть, а нас словно бы и нет, хотя все признаки субкультуры налицо — далеко не все русские входят в эту субкультуру увлечённых изучением русской старины людей. Где же это волшебное слово? Министерство культуры, есть ли у тебя институты, создающие такие слова? Очевиден тот факт, что такие институты есть на западе, но есть ли они у нас?
Есть ли в нашем Отечестве «лучшие умы», искусствоведы, журналисты, идеологи, способные придумать слово, которое породит то доброе здоровое светлое будущее, о котором мы все мечтаем? Волшебное слово — найдись!

Если вы знаете такое слово, если вы можете породить такое слово — сделайте это, совершенно очевидно, что от таких слов зависят судьбы людей и целых поколений ваших соотечественников и, возможно, ваших детей. Уделите этому время, силы, вложите в это всю соль вашей жизни, вашего ума, души и духа!

 

 

 

 

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Яндекс
 

Нет комментариев

Добавьте комментарий первым.

Оставить Комментарий


 
 
Рейтинг@Mail.ru