Главная » История Русского мира » Неонилла Пасичник. ГОСПОЖА СЕНАТОР или ВОЛЫНЬ В СОСТАВЕ ПОЛЬШИ, 1919-28гг

 

Неонилла Пасичник. ГОСПОЖА СЕНАТОР или ВОЛЫНЬ В СОСТАВЕ ПОЛЬШИ, 1919-28гг

 

ева

В одной притче о сотворении женщины  говорится, что Господь не создал жену из уст мужа, чтоб не была болтлива, из глаз — чтоб не была завистлива, из ушей — чтоб не была любопытна. Создал же из ребра как из части тела, близкой к сердцу мужа и закрытой плотью, т.е. никому не видной. Это толкование более подходит к героине нашего очерка, нежели  расхожая шутка о ребре как о единственной кости без мозга. Хотя, продолжает повествование притча, женщина не избежала ни болтливости, ни зависти, ни любопытства. Но замысел Божий был в том, чтобы жена была не видна для окружающих и максимально близка к своему супругу. Здесь нет ничего унизительного. Наоборот, здесь много похвального для женщины, и сам факт такого сотворения определяет жизненную роль Евы.

 памяти Елены Левчановской, расстреляной 75 лет назад

 

     Как известно государственность для Украины была подтверждена, но лишь на бумаге, в марте 1919 года на Всеукраинском сьезде Рад (Советов). Советская Украина считалась независимым государством, но суверенитет самопровозглашенной республики был очень ограничен. Роль центра играла Советская Российская Федерация, контролировавшая Украину при помощи трех централизованно-сквозных сил: коммунистической партии, составляющей частью которой была КП(б)У; Красной армии и карательных органов — ЧК (чрезвычайных комиссий для борьбы с контрреволюцией). Поэтому, фактически, советские республики (в том числе Украина) составляли вместе с Российской Федерацией единую державу, подобно другой части Украины, вошедшей в состав Польши, вместе с Белоруссией, бывшей частью Германии.

            Белое движение, возглавляемое офицерами бывшей царской армии было неоднородным и считать его монархическим нет оснований. Поскольку15 марта 1917 года во время Февральской революции императора Николая II вынудили отречься от престола, в пользу брата Михаила Александровича, однако тот после длительных переговоров с представителями Государственной думы объявил, что примет верховную власть только в том случае, если на то будет выражена воля всего народа (посредством Учредительного собрания), и призвал к подчинению Временному правительству. Также стоит напомнить, что отец генерала Деникина до 30 лет был крепостным. Идея, за которую сражалась Белая Армия, заключалась в освобождении народов Российской империи от диктатуры кучки политических авантюристов, захвативших власть и разорявших могущественную страну. Но, ни российский, ни украинский народы (в отличие от малых народов Балтии) не были готовы к т.н. демократическим преобразованиям, которые шли в разрез с христианскими ценностями и устоями прежней жизни народа. Именно поэтому власть в бывшей Российской империи удалось захватить группе людей, устроивших диктатуру и братоубийственную войну, приведшую к уничтожению лучших представителей некогда единого народа. В ноябре 1919 года Киев все еще оставался освобожденным  от красного террора войсками генерала Деникина, но к концу года Белая армия отошла на Крымский полуостров, где до ноября 1920 года были успешно реализованы демократические преобразования под управлением барона Врангеля. Прекращение войны с большевиками на территории Польши (за счет отторжения Западных губерний России) и на Севере привело к обострению  братоубийственной войны в Крыму и вынудило лучших представителей нации покинуть родину.

            В ноябре 1919 года появилась Польша. Немцы выпустили из тюрьмы политического заключенного Юзефа Пилсудского, который поехал в Варшаву и уже 11 ноября 1919 года провозгласил независимость Польши. Этот день и стал польским правительственным праздником — днем возрождения Польши. Историки преимущественно утверждают, что независимость Польши не была заслугой ни Пилсудского, ни Дмовского, а невероятно счастливого для Польши факта: одновременно распались три империи, контролировавшие Польшу.

            Международные трактаты — Версальский от 28.06.1919, Рижский от 18.03.1921 — налагали на Польшу обязательство: предоставить национальным меньшинствам, проживающим на ее территории, все права, обеспечивающие свободное развитие национального языка и культуры. Артикул 7 Рижского трактата гласит: «Лица украинской, белорусской и русской национальностей в Польше имеют право в границах внутреннего законодательства культивировать свой язык, развивать культуру и создавать с этой целью товарищества и союзы.»

            Акт 1 Версальского трактата обязывает Польшу гарантировать права национальных меньшинств основными законами государства, то есть Конституцией Речипосполитой Польской от 17.03 1921 г. Действительно, статья 109 Польской Конституции 17.03.1921 г. гласит: «Каждый гражданин имеет право развивать свою национальность, хранить свой язык и свои национальные особенности.»

            Ни международные обязятельства Версальского и Рижского трактатов, ни пункты собственной Конституции никогда Польшей выполнены не были, ни путем доброй воли польского народа, ни под давлением Лиги Наций, скоро утратившей свое значение.

            В выборах в польский парламент 1922 года принимали участие Волынь, Полесье и Холмщина вместе с Подляшьем. Галиция решила бойкотировать эти выборы, так как судьба ее еще не была окончательно решена, поскольку Галиция еще находилась под юрисдикцией Совета Амбасадоров государств Антанты. Санкцию Польше владеть всеми украинскими землями, отошедшими к ней после Рижского трактата Совет Амбасадоров дал лишь 14 марта 1923 года.

            Православное население Волыни и Холмщины понимало, что у них недостатотчно сил, чтобы отстоять свою автономию, полученную благодаря реформам премьер-министра Российской империи Петра Аркадьевича Столыпина, поэтому решили принять участие в выборах, которые могли стать своего рода плебисцитом, благодаря чему украинский народ мог показать свою численную и потенциальную силу владеть правом на автономию.

            Порядок выборов был составлен так, что давал полякам определенные привилегии  и достаточно большое преимущество. Например,  Волынь получила 16 мандатов в Сейм и 5 в Сенат, а для такой же польской территории, с точно таким же числом избирателей было уже 25 мандатов. Холмщина так была поделена на избирательные участки, что к ней были присоединены чисто польские территории Люблинщины. Заранее можно было сказать, что с Холмщины украинцы не смогут провести ни одного кандидата. Были притеснены и другие меньшинства, поэтому они обьединились в Блок Национальных Меньшинств.

            В самом начале это был славянский блок (украинцы, белорусы, некоторые россияне), позднее к ним присоединились немцы и евреи.

            Блок выставил свой список под №16,  в котором, в соответствии к числу населения, принадлежащего к каждой нации, было помещено определенное колличество кандидатов.

            Выборы состоялись 5 и 12 ноября 1922 года. На Волыни блок собрал все 16 мандатов в Сейм, среди которых, согласно поставленному условию, православным украинцам досталось 12 мандатов. На Холмщине украинцы получили 4, а на Полесье — 2 (все в Сейм). В Сенат Блок получил на Волыни все 5 мандатов ( из них — четыре украинские) и один православный победил на Полесье. Кроме этого, такая победа давала возможность православным взять из государственного списка (т.наз. «листы паньствовой») два мандата в Сейм и один в Сенат. Таким образом украинская православная парламентская репрезентация составила 26 человек.

            От Волыни ни один поляк не прошел в Парламент. Это все имело большое воздействие на поляков. Была сделана попытка признать выборы недействительными, но, очевидно, не было никаких доказательств, что украинские избиратели имели какие-то нарушения, ибо Верховный Суд так и не разрешил это дело.

            В числе украинских православных парламентариев была избрана женщина. Сенатором госпожа Елена Левчанивская стала, можно сказать, случайно — ее супруг отказался быть выдвинутым в кандидаты вне списка, то есть в надежде на дополнительное место, мол «зачем делать из себя посмещище». Елена Карловна Левчанивская в шутку сказала: «Можете меня вписать — я не буду переживать если моя кандидатура не пройдет.» Еще выступая кандидатом, вместе с другими послами шла на встречу с избирателями. Кое-кто из кандидатов, увлекшись, обещал избирателям «золотые горы». Будущая госпожа сенатор говорила: «Мы будем стараться улучшить жизнь, защитить вас от самоуправства мелких представителей власти, но не надейтесь, что мы освободим вас от налогов, или наделим вас землей.» Коллеги едва не стянули ее со сцены, так дергали за юбку, уговаривали такого не говорить, не отталкивать избирателей.

            Госпожа Сенатор, как и надлежит дочери барона фон Гродзинского,  лютеранина, принявшего православие ради женитьбы на русской дворянке, владела кроме славянских языков, еще немецким, французским и итальянским, свободно себя чувствовала в каком угодно высокопоставленном обществе. В Сенате вошла в состав комиссии иностранных дел. Ее часто делегировали на различные международные конгрессы зарубеж, где выступала на французском, а в случае надобности переводила свою речь на немецкий. Говорила о положении православных украинцев в Польше, осуждая политику польского правительства. Сохранилось несколько ее выступлений. Стоит процитировать речь в Сенате 28 ноября 1924 года:

            Высокочтимый Сенат! Бюджет польского Министерства труда и социального обеспечения выносит не полный 1% (!) обще-государственного бюджета Речьпосполитой польской в то время как бюджет того же министерства в Чехословакии составляет почти 3% общегосударственного бюджета, а я считаю, что в Чехословакии гораздо меньшее колличество людей нуждается в государственной поддержке и помощи чем у нас <…> Более всего нужна помощь нашим землям украинским и белорусским, целиком уничтоженным войной. И тем не менее мы такой помощи не видим. Напротив, там где министерство труда и соцобеспечения должно прийти к нам с помощью, оно несет нам лишь угнетение и окатоличивание.

            Высокочтимый Сенат! На наших землях, насильно присоединенных к Речи Посполитой (голоса «как это насильно?!»), на которых украинское, так же и белорусское население составляет подавляющее большинство, находится много жертв мировой войны: детей, сирот и инвалидов <…> везде одна система — детей наших принуждают принимать католичество и даже вывозят в центральную Польшу.

            А теперь в ультралиберальной и ультратолерантной, — как вы всегда говорите — демократической польской республике вы не хотите даже дать нам на исконно наших землях того, что давало нам самодержавное царское правительство, не хотите дать нам даже право называться украинцами и молиться согласно с нашей совестью…

            …А что же вы исполнили из того всего, о чем мы тога беседовали? Вместо того, чтоб отстроить наши разрушенные деревни, вместо того, чтоб помочь нашим украинским и белорусским крестьянам обзавестись хозяйством — вы отнялили у нас нашу землю и посадили на ней своих посадников, а за те налоги, под непомерным гнетом которых окончательно уничтожается наше крестьянство — вы строите фольварки для посадников, в то время как наши крестьяне живут еще в землянках… Вы хорошо  знаете, как это болит, — вы были национальным меньшинством и еще сейчас остаетесь им на Верхнем и Тесинском Шлезске и ощущаете это болезненно, хотя ваше положение там вне сравнения лучше чем наше здесь…

            Должна еще напомнить о лагере интернованных в Калише, который с 1-го августа должен быть реорганизован и отдан под юрисдикцию министертва труда и соцобеспечения. На заседании бюджетной комиссии Сейма г-н делегат «сберегательного» комиссара, Савицкий, настаивал на уменьшении кредитов на лагеря интернированных на 170 тысяч злотых, это более чем на 30%. Видимо забыл «господин меценат» Савицкий, что ему когда-то очень хорошо жилось на той Украине, или может быть желал таким оригинальным образом отблагодарить тем семи стам несчастным сыновьям Украины, которые сидят за колючей проволокой в Калише.

            В то время, как вы получали помощь со всего света, особенно из Америки — мы вынуждены были высылать своих детей в Чехию, чтоб они не умерли от голода.

            Принимала участие госпожа Сенатор в освобождении украинских офицеров из концлагеря для интернированных военнопленных армии УНР, которые после тяжких боев с большевиками перешли в Польшу. В лагере кроме военных были их семьи. Условия там были ужасные. Интернированных содержали во влажных холодных бараках, не позволяя им выехать поискать себе работу.

            В обязанности госпожи Сенатора входило попечительство над православными украинцами, арестованными по политическим мотивам, так как в 20-ые годы украинские послы-коммунисты на московские (большевистские) средства вербовали в члены КПЗУ волынских крестьян, недовольных политикой польской власти. Списки тех людей попадали в руки польской полиции, поэтому тюрьмы были переполнены.

            Тогда, в первые годы независимости Польши, поляки с уважением относились к членам своего парламента,  более того женщина-сенатор на Волыни была одна. В общем в первом польском парламенте женщин депутатов было очень мало, а сенаторов всего три! Не удивительно, что воевода просьбы госпожи Сенатора удовлетворял.

            В 1923 году Елену Левчанивскую делегировали на Международный женский конгресс в Чехию, в город Падебрады. Именно там повстречала Софью Русову, известного ученого, члена Центральной Рады, члена УНР, работника министерства образования, организатора женского движения в Украине еще до 1917 года, инициатора «Союза Украинок».

            На конгрессе Елена Карловна произнесла обширный реферат о положении православных украинцев в Польше. Он произвел большое впечатление и вызвал интерес у присутствующих, так как в то время об украинцах было мало известно в мире.

            1 июня 1924 года православные украинские послы и сенаторы подписали следующее письмо митрополиту Дионисию:

            От представителей украинского православного населения — Украинских послов и сенаторов в Польском Сейме и Сенате.

            Его Высокопреосвященству митрополиту Дионисию

                                               Владыко!

            12 апреля с.г. православные епископы в Польше, возглавляемые Вами, внедрили в православную жизнь нашего народа важное изменение, а именно постановили все праздники непереходящие православные праздновать не по старому народной традицией освященному юлианскому календарю, а по календарю новому, григорианскому. Не спросясь у народа, не считаясь с мнением  духовенства, стоящего близко к народу, без обьективной подготовки и надлежащего обсуждения на Соборе, или, по крайней мере на сьездах как и полагается решать важные церковные дела, согласно духу соборности и практике православной церкви, а  диктаторскими методами православные епископы внедрили новшество, противоречащее обычаям и созданному веками религиозно-бытовому мировоззрению нашего народа. Самовольно, росчерком пера Вы, Владыко, а вместе с Вами и иные зависимые от Вас епископы навязали нашему народу такое, что будет иметь для него огромные негaтивные последствия…

            Вы уступили Правительству, нарушив одно из главных положений православной Церкви, ее соборность и назвав свой Синод Собором епископов, удовлетворили желание Правительства, постановлением перейти на новый стиль начиная с воскресенья Всех Святых, то есть с дня 9 июня старого стиля, приказав этот день считать 22 днем месяца июня.

            Но Вам надо было в таком важном деле опереться на какой-то авторитет, ибо сами Вы будто-бы не могли ввести изменения в календарном стиле из-за того, что хоть это изменение, как сказано в «Деяниях» Синода, названного в этот раз Собором епископов, не касается «существа» православия, но в любом случае превышает компетенцию Священного Синода и нуждается в благословении и авторитете Вселенского Константинопольского Патриаршего престола: для этого вы ссылаетесь на письмо Григория VII Константинопольского патриарха от 5 марта 1924 года № 889.

            Не стоит и говорить о том, как высок авторитет Вселенского Патриарха, к слову Патриарха той Церкви, которая, как и наша Церковь формально принадлежит к Московскому Патриархату, и в данном случае вполне уместно было бы предоставление со стороны Священного Синода Православной Церкви в Польше, авторитета и благословения Патрирха Тихона, имя которого поминается везде у нас во время Службы Божьей.

            А Вы этого благословения, для решения вопроса, превышающего компетенцию Вашего Синода, почему-то не пожелали. Если Вы с Московским Патриархом уже разорвали «общение», то когда и по какому акту канонического права это было сделано?

            …но Вы, Владыко, и сами осведомлены, что не этот мотив сыграл решающую роль в Вашем решении заменить старый стиль на новый. Желание польского правительства — вот что было решающим мотивом…

            …вынуждены публично заявить, что Вы своим постановлением о введении нового стиля пополнили нарушение и против церковных канонов и против права народа…

            В 1925 году Елена Карловна Левчанивская получила приглашение на Международный конгресс Мира, который должен был состояться 1-6 сентября 1925 года в Париже. Интересно адресован был конверт с этим приглашением (на французском языке) «Мадам Левчанивська Олена, Варшава, Сенат, Украина». В последний день конгресса ее выступление, имевшее огромный успех у слушателей, произвело такое впечатление на влиятельных представителей мировой общественности, что польский делегат вынужден был выступить и обьяснять те злоупотребления польской власти по отношению к национальным меньшинствам тем, что Польша еще молодое государство, поэтому в ней не все так, как должно быть.

            В том же году Елена Левчанивская присутствовала на конгрессе угнетенных народов в Женеве.

            За международную деятельность в защиту прав православного народа на территории Польши госпожа Сенатор едва не была осуждена, о чем свидетельствует выписка из архива Сената: В президиум Сената РПП из Варшавской Прокуратуры поступило дело о выдаче суду сенатора г-жи Е. Левчанивской украинской представительницы в польском Сенате, которую Варшавская Прокуратура обвиняет по ст.ст. 124 и 129  Код.  Гражд.

            Дело в том, что на Феминистическом сьезде, состоявшемся в прошлом мае в Риме и где должна была присутствовать представительница от украинских женщин г-жа сенатор Левчанивская, украинскими представителями была распространена брошюра на французском, английском языках, в которой, кроме прочего, ярко описано положение православного народа в Польше…

            Заседания Сената были и малоинтересны, когда «долго и нудно» какой-нибудь сенатор рассказывал о своих избирателях. Но покинуть зал было нельзя. Не то, что сейчас в парламентах, когда депутаты приезжают для того, чтобы получить деньги.

            В 1928 году провозглашены новые выборы в польский парламент. Елена Левчанивская отказалась выставлять во второй раз свою кандидатуру, ибо видела, что депутаты уже совсем ничего не могут сделать для своего народа. Уже не национальные меньшинства, а каждая политическая украинская партия отдельно выставляла своих кандидатов.

            Парламент 1928 года в Польше просуществовал недолго.

            В 1994 году прокурору Польши были переданы списки расстрелянных 3435 православных украинцев. Комиссии из Львова удалось получить через своих московских друзей списки подписанные 24 апреля 1940 года. В них и Елена Карловна Левчанивская, 1881 года рождения — жертва №43/3-37 (числом 43 обозначались заключенные с Волыни, 3 — значила группу расстрелянных, 37 — порядковый номер расстрелянной в третьей группе).

Киев 2007-2015

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Яндекс
 

Нет комментариев

Добавьте комментарий первым.

Оставить Комментарий